Кривин Феликс Давидович
(1928—н.в.)
Юмористическая проза
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

13

Из каких хотите. Решил использовать неиспользованные возможности, как говорил приятель мой Психиатр прививая своим пациентам истинное величие. Я хоть и занимаюсь насекомыми, но в человеке этого не люблю… – Он говорил вдохновенно, и в глазах его, появился отблеск того огня, на который он в данную минуту летел, как ночная бабочка» Но бабочка не видит, куда летит, а он видел.

        Он говорил о какомто партизанском отряде, с которым был связан и от имени которого действовал, он признался, что получил задание уничтожить представителя оккупационных властей и не только этого представителя оккупационных властей, но и всех остальных представителей оккупационных властей…

        – Неужели всех? – ахнула Парикмахерша.

        – Ну, не всех, возможно. Я ведь тоже там не один… у нас целый отряд, если хотите, целая армия…

        Он спешил. Он боялся, что, если он остановится, вся эта история лопнет, как мыльный пузырь, и он торопливо надувал этот пузырь, расцвечивая его всеми красками спектра.

        – Настоящий мужчина! – сказала Бакалейщица, тем самым отделив Профессора от Коммерсанта, давая тому понять, что из них, двоих мужчин, именно он, Коммерсант, – не настоящий.

        Это его задело. Даже внимание женщины, безразличной нам, нам, мужчинам, вовсе не безразлично. И хотя Коммерсант не собирался пожинать лавры, так щедро посеянные Профессором, но и созерцать их на чужой голове тоже было не очень приятно»

        – Чепуха! – сказал Коммерсант. – Я один знаю, как было дело. Все это случилось на моих глазах.

        Да, все произошло на его глазах, потому что он был ближе всех к этому офицеру. Офицера просто схватила судорога. Коммерсант видел, как исказилось от боли его лицо, как он открыл рот, чтобы крикнуть о помощи, но не успел крикнуть: его захлестнула волна. После этого он еще несколько раз появлялся на поверхности, тараща на Коммерсанта умоляющие глаза, но Коммерсант предпочел остаться в стороне, чтобы не быть, замешанным в гибели офицера»

        – Почему же вы им не сказали, что он сам утонул?

        Профессор – наивный человек. Если бы Коммерсант это сказал, ему бы пришлось отвечать за то, что он не спас оккупационного офицера. Офицер, таким образом; стал жертвой подозрительности и недоверия оккупантов к населению оккупированной ими страны.

        – Вы просто негодяй, – сказала Бакалейщица, – Боже, и я любила этого негодяя!

        Так всегда бывает, когда здравый смысл приносится в жертву эмоциям. Поступок Коммерсанта был безукоризнен с точки зрения логики, а если нас нельзя упрекнуть с точки зрения логики, то все остальные упреки беспочвенны и нелепы.

        – Я пойду, – сказала Старуха. – Вы не бойтесь, я вас не выдам, я скажу, что сама видела, как он тонул.

        Может, еще удастся спасти Почтальона, этого мальчика… Ее старость никому не нужна, а его юность многим еще пригодится.

        – Я пойду с вами, – сказал Профессор. – Два свидетеля лучше, чем один.

        – И я пойду, – сказала Студентка.

        Парикмахерша колебалась. Она бы тоже пошла, но ведь она ничего не видела… Ее могут привлечь за лжесвидетельство…

        – Все равно вам никто не поверит, – сказал Коммерсант. – Воинская доблесть требует, чтоб офицер погибал от руки врага, а не тонул, как мокрая курица. Я это тоже

 

Фотогалерея

Кривин Феликс
Кривин Феликс
Кривин Феликс Давидович
Кривин Феликс Давидович
Кривин Феликс Давидович

Статьи








Читать также


Современная проза
Рассказы

Интересно

Поиск по книгам:



ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту