Кривин Феликс Давидович
(1928—н.в.)
Юмористическая проза
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

4

он пьет, а ей достаточно. Она уже и так пьяна. Ну, вот еще, пьяна! Не таких пьяных видали! Где видали? В вытрезвителе? Но здесь же не вытрезвитель, можно выпить. Капельку? Самую чуточку.

        Библиотекарша выпила полстакана. И заплакала:

        – Вася, вы меня не обидите? Не обижайте меня, Вася, меня еще никто никогда не обижал…

        Казанов выпил.

        – Я, наверно, лягу, – сказала библиотекарша. – Голова чтото кружится. Вы не будете возражать, если я лягу?

        – Ну, вот еще! – запротестовал Казанов. – У вас гость, а вы – лягу. Выпить надо.

        – А разве я не выпила? – Библиотекарша взялась за казановский стакан. – Раз надо выпить, я выпью. А потом лягу. Хорошо?

        – Да что вы все лягу, лягу! Еще только девять часов. Давайте лучше вашу немецкую книжку.

        – Эту? Нет, Вася, эту я не решусь. Там такое написано… Уж лучше вы читайте, если решитесь…

        Казанов решится, но понемецки он не умеет. Совсем? Совсем. А поанглийски? Тоже совсем. Но это французская книжка. Все равно. Для Казанова все нации равны, он и пофранцузски не понимает.

        Библиотекарша соглашается читать. Только пусть Вася отвернется. Пусть не смотрит на нее. Потому что там такое написано…

        Казанов грозит ей пальцем:

        – Отвернусь? Я отвернусь, а вы ляжете…

        – Как вы боитесь, что я лягу! – оскорбилась библиотекарша. – Не беспокойтесь, я не лягу. Просто, если вы не отвернетесь, мне будет стыдно читать.

        – Ладно, я отвернусь. Только сначала я выпью.

        Библиотекарша читала, переводя текст на русский язык. Некоторые слова, которые ей стыдно было переводить, она оставляла на французском, а некоторые пропускала, не решаясь произнести их даже пофранцузски, – вдруг Казанов поймет.

        Суть книги сводилась к следующему. Первобытный человек ушел из семьи. Из своей коллективной, полигамной семьи. Он оставил плачущих жен и погрустневших мужей, он оставил десятки детей, называвших его папой.

        Семья была очень большая, таких сейчас уже нет. Мужья артелью ходили на охоту, а жены воспитывали детей, как в солидном дошкольном учреждении (школ тогда не было, поэтому все дети были дошкольниками).

        Не обходилось и без семейных сцен. Это были такие массовые сцены, какие в наше время можно устроить только на сцене «Грандопера» или Большого театра, – объяснила библиотекарша. Когда семья первобытная, для нее первое – быт, а не какиенибудь высокие идеалы. Поэтому и сцены были бытовые, мелкотравчатые, какие порой встречаются и в современной драматургии.

        Первобытный человек не любил семейных сцен. Он мечтал о любовных сценах. Дальше на нескольких страницах очень живописно были

 

Фотогалерея

Кривин Феликс
Кривин Феликс
Кривин Феликс Давидович
Кривин Феликс Давидович
Кривин Феликс Давидович

Статьи








Читать также


Современная проза
Рассказы

Интересно

Поиск по книгам:



ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту