Кривин Феликс Давидович
(1928—н.в.)
Юмористическая проза
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

10

        Обвинитель не был согласен с Обвиняемым. Но он понимал, что здесь не место заводить теоретический спор.

        – Я удивляюсь вам, профессор. Вы – ученый, уважаемый человек, и вдруг – какаято уголовщина… Конечно, что позволено Юпитеру – не позволено быку, но, с другой стороны, что позволено быку – не позволено Юпитеру.

        – Это я Юпитер? Что вы, бросьте шутить! – Обвиняемый сделал очень долгую паузу. – Как вы думаете – кто изображен на этом портрете?

        – Как это – кто? Вы, профессор.

        – Приглядитесь внимательней.

        Обвинитель посмотрел внимательней. С портрета на него щурились профессорские глаза, и в густой бороде пряталась профессорская улыбка.

        – Ну конечно же, это вы! Особенно, если убрать бороду…

        – Нет! Неправда! Это не я! Это экспонат номер Двести Двенадцать!

        Он это крикнул так, как кричал, быть может, тот, древний человек, когда встречал в лесу дикого зверя.

        И добавил – совсем тихо: – И если вам нужен мой скелет, вам не придется его раскапывать. Вы можете просто вынуть его из меня.

        – Что с вами, профессор? Вам плохо?

        – Да, мне плохо. Мне очень плохо с тех пор, как я увидел вот это. Присмотритесь лучше, ведь это не портрет, это реконструкция головы палеантропа. Того самого, скелет которого хранился у нас под номером 212.

        – Этого не может быть, – сказал Обвинитель, заставляя себя не верить.

        – И всетаки это так. Вот он, Юпитер, дикий человек, которому другой Юпитер проломил голову камнем! Его лицо одухотворено мыслью – это мысль о том, чтоб урвать больший кусок. В его глазах боль, но это боль не о человечестве, а лишь от того, что его ударили камнем… Юпитер! Когда я увидел его, я состарился на тысячи лет. Я понял, что это был я, что это мне проломили голову камнем… Я занимался наукой, писал исследования, а скелет мой лежал под стеклом, в зале музея, и мне казалось, что все меня узнают.

        – Это страшно, – сказал Гость, и чтото страшное, дремавшее на дне его памяти, поднялось и встало перед ним, и он снова почувствовал себя беззащитным, беспомощным палеантропом. И снова они были в пещере, в холодной, сырой пещере, из которой можно выбраться, лишь оставив в ней свой первобытный скелет.

        – С тех пор я живу в двух временах, – вы понимаете это ощущение? Мне кажется, во мне поселился ктото чужой, но избавиться от него я не в состоянии. Иногда мне хочется взять в руки камень, а иногда – спрятать подальше голову.

        – Это страшно, – сказал Гость. Солнце скрылось, зашло на веки веков, и с ним исчезли и свет, и тепло, и всякий смысл человеческого существования. Потому что завтра – уже не будет, и

 

Фотогалерея

Кривин Феликс
Кривин Феликс
Кривин Феликс Давидович
Кривин Феликс Давидович
Кривин Феликс Давидович

Статьи








Читать также


Современная проза
Рассказы

Интересно

Поиск по книгам:



ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту