Кривин Феликс Давидович
(1928—н.в.)
Юмористическая проза
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

43

в чужом времени, после чего опять появился приговоренный Шмит – на этот раз уже из 4129 года – и помог ему добраться в 1924 год. И опять Шмит так быстро исчез, что не было никакой возможности привести приговор в исполнение.

        Конечно, у суда не было и тени сомнения, что обвиняемый был завербован приговоренным и в течение десяти лет действовал в пользу Советской России. До полного признания его держали в тюрьме, а в дальнейшем след его затерялся.

        – И вот теперь вы прибыли из сорок второго века. Добро пожаловать, мы давно вас ждем… – он вздохнул с облегчением, завершая затянувшийся разговор. – Отдыхайте пока. Скоро за вами приедут.

        Скоро… Я не знаю, какое сегодня число: седьмое, восьмое или девятое. Возможно, сегодня – последнее для меня число. Человек с годами жизни 4092 – 1941 сегодня, возможно, окончит свой жизненный путь, который никто никогда не сможет измерить.

       

        Я слишком много знал, Анна. Я тебе об этом не говорил, а если бы и сказал, ты бы все равно не поверила, но с самого начала, когда я лишь только пришел в отряд, я уже знал, что с ним будет. Я знал, что Вацек предаст отряд (правда, тогда еще не знал, что именно Вацек), знал, что последний день вашей жизни – девятое сентября. И никуда от этого не уйти, потому что для меня история уже совершилась, потому что я человек из других времен, – ты помнишь, я тебе говорил, но ты не поверила. Ты и теперь не поверишь, потому что ни о чем не узнаешь. Ты будешь считать не Вацека, а меня предателем. И если нам придется умирать вместе, ты не посмотришь в мою сторону, а если посмотришь, то плюнешь мне в лицо. И все вы, мои друзья, заклеймите меня последним проклятием, вы, кого я любил так, как не любил никого в моем сорок втором веке. Впрочем, уже не моем. Для меня этот век так же недостижим, как для вас, потому что мне в него уже не вернуться…

        История останется недописанной. И никто не узнает о подвигах Юрека и о предательстве Вацека, мнето известно, что имена их не сохранятся. Если б я мог както передать, сообщить какимто образом эти сведения. Было бы легче умереть, знал бы, что жил не напрасно.

        Профессор Посмыш, ваш аспирант ничего не сделает для науки. Вы всегда говорили, что в науке нет легких путей, – Машина Времени – это легкий путь, но кончается он для меня очень трудно.

        Ночь, всего лишь одна короткая ночь среди веков и тысячелетий, но как долго она тянется… Может, время выбросило меня из себя – и я обречен жить вне времени, потому что никакое время меня не примет? Что может быть хуже этой бесприютности – во времени, а не в пространстве?… Мне никогда не увидеть света,

 

Фотогалерея

Кривин Феликс
Кривин Феликс
Кривин Феликс Давидович
Кривин Феликс Давидович
Кривин Феликс Давидович

Статьи








Читать также


Современная проза
Рассказы

Интересно

Поиск по книгам:



ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту