Кривин Феликс Давидович
(1928—н.в.)
Юмористическая проза
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

46

– с намеком спросил Калашников.

        Вера Павловна его не услышала. Она вдруг начала стремительно молодеть, но смотрела при этом не на Калашникова, что еще както можно было бы понять, а кудато мимо Калашникова. И уже не только молодея, а светлея лицом и вся подавшись навстречу тому, что ее так сильно притягивало, Вера Павловна сказала, словно вздохнула: «Дарий Павлович!»

        Калашников обернулся. Прямо на него, но глядя тоже мимо него и улыбаясь мимо него, к киоску шел Дарий Павлович Михайлюк.

       

9

       

        Калашников брел по улице, по которой еще недавно шли победным шагом Ганнибал, Наполеон и Суворов, и на душе у него было скверно. Всетаки обидно, что старый Михайлюк… Это, наверно, потому, что она сама старая… Конечно, до Энны Ивоновны ей далеко, но ведь единственная же!

        Когдато они были созвучны друг другу. И вот – она другому отдана и будет век ему верна, – вспомнились слова из ее биографии. «Ну и пусть верна, – подумал он, – в таком возрасте это совсем не трудно».

        И Энну Ивоновну от него увели, и Веру Павловну увели…

        Он зашел в театр. Ему хотелось увидеть Зиночку.

        В связи с переходом на новые формы обслуживания буфет был закрыт. Продолжал функционировать зрительный зал, но тоже подвергся серьезной реорганизации.

        Зрительный зал был уставлен станками. Производственная тематика давала продукцию. Небольшая кучка зрителей теснилась на галерке, и их жидкие аплодисменты тонули в грохоте станков. Должность главного режиссера была в театре упразднена, вместо нее была введена должность главного инженера. Театр в дальнейшем предлагалось именовать заводом, а при заводе организовать самодеятельность, чтобы и дальше внедрять производственную тематику в жизнь.

        Он вышел на улицу. Там уже собиралась очередь от театра. Несколько кварталов спустя он увидел очередь от библиотеки: там тоже был поблизости гастроном.

        Калашников машинально побрел к дому Зиночки.

        В освещенном окне Зиночку было хорошо видно. Она стояла перед зеркалом, примеряя на себя какуюто цепь, – словно кудрявая собачка перед домом хозяина. И вдруг этот хозяин вышел из глубины комнаты – в купальном халате и с полотенцем через плечо. Он был не из мира театра, он был скорее из. мира тяжелой атлетики. Он стал играть с Зиночкой, как хозяин играет с собачкой в собственном доме, зная, что здесь его не укусят и не облают. Потом они оба склонились над столом, – может быть, над книгой? Лица у них были такие серьезные, словно они склонились над книгой и уже начали в ней чтото читать.

        А может, они склонились над колыбелью? Они смотрели с такой любовью, что тут

 

Фотогалерея

Кривин Феликс
Кривин Феликс
Кривин Феликс Давидович
Кривин Феликс Давидович
Кривин Феликс Давидович

Статьи








Читать также


Современная проза
Рассказы

Интересно

Поиск по книгам:



ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту