Кривин Феликс Давидович
(1928—н.в.)
Юмористическая проза
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

23

  «Почему подпольные? – удивился отец троих детей. – Разве ктото сказал о подпольных цивилизациях?»

        «Я не говорил», – сказал Дарий Павлович.

        «И я не говорила», – сказала хозяйка.

        Все смотрели на Дусю. Но Егор Виссарионович перевел этот общий взгляд на себя. «Это я подумал. Просто подумал, – сказал Егор Виссарионович. – Конечно, подпольных цивилизаций не бывает, но я почемуто подумал о подпольной цивилизации. А она прочла мою мысль. Какая интересная девушка!»

        Тутто все заметили, какая Дуся интересная девушка, и отец троих детей стал предлагать ей выпить, непременно выпить. Но Егор Виссарионович взял Дусю под свое попечительство. Дарий Павлович остался как бы ни при чем, и это не могло его не обидеть. Он спросил у Прохорова, что если, допустим, поменять талант на успех, то можно ли потом поменять обратно? Оказалось, нельзя обратно. Еще никому не удавалось поменять успех на талант.

        Все заговорили сразу, и от этого стало както особенно хорошо и непринужденно. Звонче зазвенели бокалы, громче застучали ножи и вилки… Стотысячный Вова отнял от виска палец и посмотрел на него, словно удивляясь, что остался жив.

       

15

       

        И в третий раз взгляд Федора Устиновича уперся в вершины Памира. Но теперь Калашников научился двигаться по центру, не впадая ни в объективизм, ни в субъективизм. Он сказал, что наши вершины – это наши вершины, а чужие вершины – это чужие вершины.

        «Опять вершины, – поморщился Федусь. – Сколько можно о вершинах? Может, пора обратить внимание на наши провалы?»

        «У нас нет провалов», – твердо сказал Калашников.

        Оба они знали, что провалы есть. Потому что не бывает вершин без провалов. И чем выше поднимаешься, тем глубже провалы, а вершины тем выше, чем ниже опускаешься. Но этот естественный факт прежде замалчивался, все делали вид, будто вершины окружены вершинами.

        Сегодня мы можем прямо говорить о провалах. Таков наш конструктивный подход к действительности.

        Но внутренне Федусь не был спокоен. По ночам ему снилось, что он кудато проваливается. Провал был глубокий, по дороге Федуся останавливали не дремлющие на уступах автоинспекторы, проверяли документы и коротко бросали: «Проваливай!» Федор Устинович в ужасе хватался за жену, могучую, как чугунная тумба. Жена брыкалась и сквозь сон бормотала: «Ах, Федя, оставь! Лучше почитай чтонибудь…»

        Он послушно брал с полки книжку, но уже на первой странице натыкался на провал чьихто замыслов, чьихто коварных планов, на провал блока правых с левыми, передних с задними – и в ужасе засыпал.

        Он специально выписал из библиотеки словарь, чтобы

 

Фотогалерея

Кривин Феликс
Кривин Феликс
Кривин Феликс Давидович
Кривин Феликс Давидович
Кривин Феликс Давидович

Статьи








Читать также


Современная проза
Рассказы

Интересно

Поиск по книгам:



ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту